Справаздачы

Беларусь: доклад о правах человека за 2004 г.

Согласно Конституции с принятыми поправками страна является республикой, в которой президент избирается прямым голосованием, и парламент состоит из двух палат. Депутаты нижней палаты избираются прямым голосованием, а депутаты верхней палаты назначаются президентом и избираются областными советами. Президент Александр Лукашенко, впервые избранный в 1994 году, систематически подрывал демократические институты страны. Посредством проведения ряда референдумов, прошедших с серьёзными нарушениями, манипулирования выборов, а также принятия недемократического законодательства он сконцентрировал всю власть в руках исполнительной власти и продлил срок своих полномочий. Референдум, проведенный 17 октября, изменил Конституцию и отменил ограничение количества сроков президентских полномочий. Референдум и парламентские выборы, проведеные в тот же день, не соответствовали международным демократическим стандартам. Судебная власть не является полностью независимой и функционирует под значительным контролем президентской администрации.

Комитет государственной безопасности (КГБ) и Министерство внутренних дел (МВД) подчиняются непосредственно президенту и делят между собой функции обеспечения правопорядка и внутренней безопасности. Президент и Администрация президента контролируют силы безопасности страны. Сотрудники сил безопасности многократно нарушали права человека.

В экономике осуществлялось преимущественно централизованное планирование, причем промышленность составляла приблизительно 50% всей экономики. Население страны чуть менее 10 миллионов. Большинство работающих были заняты в государственном секторе промышленности и сельского хозяйства. Уровень жизни многих слоёв населения оставался низким, а заработные платы в государствнном секторе были ниже, чем в среднем по стране. По данным Международного валютного фонда, Валовый внутренний продукт вырос с поправкой на инфляцию на 6.4%. Уровень инфляции на протяжении года составлял 20%. По данным правительства страны, безработица сократилась на 2.4%, однако большинство независимых наблюдателей сходятся во мнении, что скрытая безработица была высокой.

Соблюдение властями прав человека оставалось на очень низком уровне, а в некоторых сферах ситуация ухудшилась. Власти, как и прежде, многократно и серьёзно нарушали права человека. Власти продолжали отказывать гражданам в праве смены их правительства посредством прозрачного демократического процесса. Оппозиционные политические партии и движения подвергались усилившемуся давлению с применением судебных и внесудебных мер. Власти отказывались регистрировать многих оппозиционных кандидатов на парламентских выборах. Не были предприняты серьёзные усилия по расследованию исчезновений в минувшие годы известных политических деятелей и журналиста. Власть по-прежнему игнорировала заслуживающую доверия информацию о причастности к этим исчезновениям официальных лиц. Продолжались злоупотребления милиции, а иногда и пытки заключённых и задержанных. Сохранялась проблема перенаселённости тюрем. Службы безопасности произвольно арестовывали и задерживали граждан по политическим мотивам. Помимо этого, некоторых приговаривали к тюремным срокам за такие политические преступления, как клевета на государственных официальных лиц. Власти продолжали ограничивать свободу слова, прессы, собраний и объединений. Правоохранительные органы арестовывали с применением грубой физической силы тех, кто выражал мирный протест против фальсификаций результатов выборов и референдума, а так же журналистов, освещавших такие протесты. Усилилось давление на независимые СМИ. Это выразилось в закрытии многочисленных газет. Продолжала ограничиваться деятельность общественных организаций. Их ликвидировали за мелкие нарушения, подвергали частым налоговым проверкам и другим формам преследования. Ограничивалась свобода совести. Власти закрыли большинство из зарегистрированных правозащитных общественных организаций, а службы госбезопасности оказывали всё большее давление на оставшиеся. Сохранялись проблемы насилия в обществе и дискриминации против женщин. Оставалась проблема торговли женщинами и детьми, хотя власти и предпринимали серьёзные усилия по противодействию этому.

ОБЕСПЕЧЕНИЕ ПРАВ ЧЕЛОВЕКА

Раздел 1. Обеспечение неприкосновенности личности, включая свободу от:

a.Произвольного или противоправного лишения жизни

Не имеется подтверждённых сведений о произвольном или противоправном лишении жизни, совершенном властями или их агентами. Однако, по крайней мере один человек умер в заключении при обстоятельствах, предполагающих виновность официальных лиц.

23 января Максим Хромеля умер в опорном пункте милиции. По данным, заслуживающим доверия, на его теле были видны следы побоев, и у него было кровоизлияние, что свидетельствует об избиении.

В течение года власти не предпринимали заслуживающих доверия усилий по расследованию исчезновений и предполагаемых убийств журналиста Дмитрия Завадского в 2000 году, оппозиционных деятелей Юрия Захаренко и Виктора Гончара в 1999 году и бизнесмена Анатолия Красовского в 1999 году (см. раздел 1b.). Заслуживающие доверия сведения указывают на возможную причастность официальных лиц к убийству Захаренко, Гончара и Красовского из-за их принадлежности к  политической оппозиции. 6 апреля власти объявили Завадского умершим и во второй раз приостановили следствие по факту его похищения. В первый раз Завадский был объявлен умершим в ноябре 2003 года, затем это заявление было отозвано, и следствие возобновилось в декабре 2003 года.

b. Исчезновения

Подтвержденных сведений об исчезновениях по политическим мотивам не имелось.

Исчезновения и предполагаемые убийства телеоператора Дмитрия Завадского, бывшего министра внутренних дел Юрия Захаренко, заместителя председателя Верховного Совета тринадцатого созыва Виктора Гончара и сторонника оппозиции Анатолия Красовского по-прежнему не были раскрыты. Имелись заслуживающие доверия сведения о роли высокопоставленных правительственных чиновников в организации исчезновений, и власти не предприняли серьёзных шагов в течение года чтобы проверить их подлинность. 8 апреля Комиссия ООН по правам человека (КООНППЧ) приняла вторую резолюцию по поводу исчезновений, призывающую правительство организовать беспристрастное расследование, начав с временного отстранения от должности высокопоставленных чиновников, подозреваемых в организации исчезновений. КООНППЧ назначила специального докладчика для изучения ситуации в стране с правами человека (см. раздел 4). Власти отказали этому докладчику в визе в декабре. 28 апреля по результатам расследования исчезновений, проведенного специальным докладчиком, уполномоченным Парламентской ассамблеей Совета Европы (ПАСЕ), эта организация приняла резолюцию, в которой говорится о том, что власти не провели расследование этих исчезновений и скрыли истинные обстоятельства этих исчезновений (см. раздел 4). Власти не признали умершими трёх других.

с. Пыток и иного жестокого, бесчеловечного или унижающего достоинство обращения и наказания

Конституция запрещает подобные действия; тем не менее, милиция и тюремная охрана регулярно избивали задержанных и заключенных. Закон ограничивает применение силы милицией и тюремной охраной, однако правозащитники неоднократно сообщали о случаях принуждения следователями к даче признательных показаний посредством избиения и психологического давления.

Милиция и люди в штатском в отдельных случаях избивали граждан во время ареста или их содержания в предварительном заключении. 21 июля во время акции протеста, проводимой оппозицией, ОМОН избил дубинками 17-летнего Михаила Авдеева, в результате чего у него были сломаны ребра  и появилась гематома, из-за чего ему вырезали селезёнку. 19 октября при разгоне акции протеста после проведения конституционного референдума, милиция, производя аресты, применила дубинки и силу против некоторых протестующих, в том числе против Анатолия Лебедько. После ареста, избиения и краткого задержания Лебедько был помещён в больницу. Милиция использовала силу, чтобы помешать журналистам произвести съёмку ареста и избиения Лебедько и повредила видеокамеру.

Согласно заслуживающей доверия информации охранники в тюрьмах регулярно избивали задержанных и заключённых, а в тюрьмах широко применялись пытки. Никаких судебных разбирательств не последовало после того, как милиция избила Антона Кушкурно в марте 2003 года. Министерство иностранных дел (МИД) сообщило о том, что офицер районного управления внутренних дел, занимавшийся молодёжной преступностью, был уволен после расследования, проведенного по факту избиения в июле 2003 года Олега Гнедчика.

Дедовщина – практика издевательств над новобранцами в армии, избиения и применения других физических и психологических способов насилия, как сообщалось, продолжала существовать. Власти блокировали усилия членов семей и правозащитников проверить сообщения о фактах дедовщины.

Несколько раз в течение года неизвестные нападали на политических оппонентов власти. 1 июля известный оппозиционный парламентарий Валерий Фролов и его водитель были избиты несколькими неизвестными после возвращения из Москвы. В результате никто не был задержан. Не было никаких новостей по фактам избиения в 2003 году директора лицея Владимира Колоса, ученых Евгения Бабосова и Радима Горецкого, а также руководителя общественного объединения Олега Волчека. Не было также ничего, чтобы подтверждало, что власти ведут расследование этих фактов.

Условия содержания заключенных в тюрьмах по-прежнему были плохими и иногда характеризовались недостатком еды,  медикаментов и распространением таких болезней, как туберкулез, сифилис и ВИЧ/СПИД. Приблизительно 1100 заключенных были ВИЧ позитивными. Лейла Зеруги, председатель рабочей группы ООН по произвольному задержанию, которая находилась в стране в августе, отметила, что условия содержания в следственных изоляторах были хуже, чем в тюрьмах из-за неудовлетворительного санитарного состояния, условий содержания, ограничения права задержанных  звонить по телефону, получать передачи, а также из-за  выбивания признательных показаний. По данным правозащитных организаций условия в тюремных больницах были также плохими.

Проблема перенаселенности тюрем стала менее острой. По сообщениям властей количество заключенных уменьшилось с 52500 в 2003 до приблизительно 33000 в июне. Зачастую тюремная еда не отвечала требованиям по питательности или диетическим ограничениям.

В соответствии с тюремными правилами, заключенные мужского и женского пола содержались раздельно. Подростки содержались отдельно от взрослых, а находящиеся  под следствием обычно содержались отдельно от осужденных.

Время от времени власти предоставляли правозащитникам возможность ознакомиться с условиями содержания в тюрьмах. В августе они предоставили Рабочей группе ООН по произвольному задержанию общий доступ в тюрьмы и СИЗО, однако группе не было позволено посетить следственный изолятор КГБ на том основании, что группа не сделала  соответствующий запрос заранее. Члены Рабочей группы сообщили о том, что их никто не проинформировал о необходимости предварительного уведомления. Представители Международного красного креста не обращались в течение года за разрешением посетить лиц, находящихся в заключении.

d. Произвольного ареста и задержания

Законодательство ограничивает произвольные задержания, однако власти не следовали этим ограничениям и продолжали использовать административный ресурс для задержания политических активистов до, во время и после демонстраций (см. раздел 2b). Не прекращались и политически мотивированные аресты, хотя большинство из задержанных было отпущено в течение нескольких часов или дней.

Милиция находится в подчинении Министерства внутренних дел, однако КГБ и Служба безопасности Президента также осуществляют милицейские функции. Президент имеет право лично отдавать приказы всем службам безопасности. Мелкое взяточничество было широко распространено в рядах милиции. Серьезной проблемой являлась безнаказанность.  Несмотря на то, что закон предоставляет лицам право сообщать прокурору о нарушениях со стороны милиции, власти зачастую не расследовали злоупотребления служб безопасности и не привлекали нарушителей к ответственности.

Законодательство устанавливает, что милиция может удерживать лицо в течение 3-х часов без предоставления каких-либо объяснений, и власти часто пользовались этой нормой для задержания членов оппозиции и участников демонстраций.  Милиция нередко производила задержания лиц на несколько часов под предлогом установления личности. 22 декабря было задержано около 70 человек, которые собирались отправиться в Киев для наблюдения за президентскими выборами в Украине. Они были отпущены без предъявления обвинений через 4 часа, что не позволило им успеть на поезд.  Закон разрешает милиции содержать под арестом лицо, подозреваемое в совершении преступления, на срок до 10 дней без предъявления официальных обвинений и на срок до 18 месяцев после их предъявления.  В целом власти не превышали этих ограничений.  Закон позволяет задержанным подавать прошения в суд об установлении законности их задержания.  На практике обращения подозреваемых в суд о пересмотре решения об их задержании зачастую утаивались, так как милицейские чиновники не хотели  передавать их в суд.  Норма о залоге законодательно не закреплена.

Закон требует предоставлять ордер на арест, однако власти в некоторых случаях производили аресты без ордера. Например, 30 июня сотрудники милиции проникли в квартиру Евгения Афнагеля без предоставления ордера, затем арестовали его за попытку вопрепятствовать проникновению сотрудников милиции.  Имелись достоверные сведения о том, что прокуроры предъявляли, а суды осуждали лиц по ложным обвинениям. Также имелись надежные основания полагать, что власти выдвигали обвинения в экономических преступлениях против лиц для того, чтобы получать денежные выплаты, по крайней мере в одном случае во внесудебном порядке.

Несмотря на предусмотренную законом защиту, следователи как правило не информировали задержанных об их правах и проводили предварительные допросы, не позволяя находящимся под стражей проконсультироваться с адвокатом.  Сведения, полученные на таких допросах, были использованы против подсудимых в суде.  Часто власти не сообщали членам семей о задержаниях, в том числе и о задержаниях несовершеннолетних.  Например, 23 сентября милицией был задержан ученик десятого класса Александр Рыжановский за распространение антиправительственных листовок, и родителям сообщили об этом через 3 часа, несмотря на предусмотренное законом требование о незамедлительном извещении.

Власти произвольно задерживали представителей независимых средств массовой информации (см. раздел 2а). 17 октября милиция арестовала российского журналиста Павла Шеремета под предлогом того, что он начал драку, в которой сам и пострадал от серьезных травм. Достоверные источники свидетельствуют, что Шеремет был жертвой нападения, а не нарушителем правопорядка, и то, что его задержание было связано с его журналистской работой. Все обвинения были с него позже сняты. Милиция несколько раз за год задерживала журналистов российского канала REN-TV, которые освещали демонстрации протеста.  Неизвестные сотрудники служб безопасности в штатском также неоднократно задерживали и арестовывали тех, кто участвовал в антиправительственных демонстрациях и распространял оппозиционную литературу.  Несколько сотрудников в штатском задержали лидера молодежной группы Дмитрия Дашкевича, когда он выкрикивал «Ганьба!» во время выступления президента Лукашенко и объявления им о референдуме по снятию ограничений количества сроков нахождения на посту президента, что позволит Лукашенко баллотироваться на третий срок.  Милиция увезла Дашкевича на автомобиле без номерных знаков (см. раздел 2а). 19 октября милиция арестовала 34 оппозиционных активиста за проведение несанкционированного митинга в центре города возле здания президентской администрации.  Часть из них была оштрафована; другие осуждены на 15 суток административного ареста.  21 июля во время демонстрации протеста было задержано 60 человек, один из которых был госпитализирован в результате травм, полученных во время ареста (см. раздел 1с).  После акций протеста сотрудники служб безопасности также содержали некоторых арестованных в изоляции от внешнего мира и любых контактов.

Помимо задержаний сотен участников антиправительственных митингов, многих из которых власти держали под стражей на протяжении нескольких часов или дней, некоторые известные политические деятели также содержались длительное время под арестом до рассмотрения их дел в суде. Такое длительное содержание было распространенным явлением, хотя данных о количестве таких задержанных и о средней продолжительности их содержания под стражей не было.  Сотрудники КГБ арестовали бывшего министра внешнеэкономических дел и оппозиционного политика Михаила Маринича 26 апреля и до конца декабря держали его под стражей по постоянно изменяющимся обвинениям, включая незаконное хранение  огнестрельного оружия, незаконное владение секретными документами, и хищение компьютерного оборудования и сотовых телефонов у возглавляемой им общественной организации. 30 декабря Маринич был признан виновным в хищении оргтехники и мобильных телефонов и приговорен к 5 годам лишения свободы (см. раздел 1е). Представителям ООН было отказано в доступе к Мариничу для освидетельствования его состояния (см. раздел 1с).

e. Отказа в проведении справедливого открытого суда

Конституция ставит судебную власть в подчинение исполнительной ветви власти, предоставляя президенту полномочия назначать шестерых из двенадцати членов Конституционного суда, включая его председателя.  Президент также назначает председателей Верховного и Высшего хозяйственного судов и наделен конституционным правом утверждать и снимать с должностей районных и военных судей.  В течение года один судья был осужден за коррупцию, которая наряду с неэффективной работой судебной системы была вызвана политическим вмешательством в деятельность судов.

Система уголовного судопроизводства имеет три уровня: районные суды, областные суды и Верховный суд.  Конституционный суд был создан с целью рассмотрения серьезных конституционных вопросов, однако был зависим от исполнительной ветви власти. На практике же Конституционный суд никогда не оспаривал президентские инициативы и не имел средств для обеспечения выполнения выносимых им решений.

Прокуратура также действует на районном, областном и республиканском уровнях. В своей деятельности прокуроры подчинены и исполняют любую волю Генерального прокурора, которого назначает Президент.  Они зависимы и не имеют полномочий выдвигать обвинения против президента либо руководящих кадров его администрации.

Конституция предусматривает проведение открытых судебных заседаний, однако зачастую судьи рассматривали дела в своих офисах, что не позволяло заинтересованным наблюдателям присутствовать на определенных заседаниях. Решения в суде на большинстве процессов выносит судья. Судейская коллегия принимает решения о виновности либо невиновности обвиняемого только в делах по преступлениям, караемым смертной казнью, когда обвиняемый не признает себя виновным и требует, чтобы его судила коллегия судей.  В следствие зависимости судей от Министерства юстиции, которое поддерживает инфраструктуру судов, и от местных исполнительных властей, которые предоставляют жилплощадь судьям, имелись широко распространенные и заслуживающие доверия сведения о том, что исполнительные и местные власти навязывали судам судебные решения.

Обвиняемые имеют законное право присутствовать на судебных разбирательствах, участвовать в проведении очных ставок и давать свидетельские показания от своего имени; однако на практике эти права не всегда соблюдались. Тем, кто был приговорен к административному аресту, часто даже не сообщали о судебных слушаниях по их делам. Например, 24 сентября Никита Сасим был осужден судом за хулиганство без личного присутствия на слушании и приговорен к 15-ти суткам административного ареста.  3 сентября в Гродно судья отказал Валерию Левоневскому в его ходатайстве о привлечении к разбирательству свидетелей, сославшись на то, что 10 свидетелей со стороны обвинения предоставили достаточно сведений.  7 сентября суд приговорил Левоневского к двум годам лишения свободы за клевету на президента в стихотворной форме. По закону задержанным должна быть предоставлена возможность неограниченного доступа к услугам адвокатов, а тем, кто не может оплатить юридические услуги, суд назначает адвоката. Эти права в некоторых случаях не соблюдались.

В соответствии с декретом президента все адвокаты подчиняются Министерству юстиции, что ставит под сомнение их независимость.  Несколько адвокатов заявляли, что их предупреждали о том, что они не получат лицензий на свою деятельность, так как они выступали в качестве защитников общественных организаций и оппозиционных политических партий.

Конституция обеспечивает право свободного выбора юридического представительства, однако декрет президента запрещает представителям общественных организаций представлять в судах интересы лиц, которые не являются членами их организаций.  Этой нормой власти воспользовались несколько раз в течение года для недопущения членов общественных организаций к защите лиц в суде и в качестве предлога для закрытия некоторых организаций (см. раздел 4). Конституция устанавливает презумпцию невиновности; тем не менее на практике обвиняемым часто приходилось доказывать свою невиновность.  В декабре президент Лукашенко отметил, что 93 человека были оправданы в течение года; заместитель министра юстиции Александр Петраш заявил, что в течение первых 10 месяцев 2004 года суды вынесли 243.000 решений по административным делам, 117.000 по гражданским и 48.000 по уголовным. И обвиняемые, и обвинители имеют право оспаривать судебные решения, и по большиству уголовных дел были поданы аппеляции, которые, однако, редко приводили к отмене приговоров.  Суды проводят аппеляционные заседания в отсутствии обвиняемых и свидетелей, рассматривая только протоколы и другие материалы дел суда низшей инстанции. 20 декабря председатель Верховного суда заявил, что ежегодно всего лишь 1,5% всех судебных решений были отменены в результате аппеляционных жалоб.

Несколько человек содержались под стражей в качестве политических заключенных.  7 сентября судья города Гродно приговорил оппозиционных активистов Валерия Левоневского и Александра Васильева к двум годам тюремного заключения за то, что они написали стихотоврение, оскорбляющее президента Лукашенко. Судья не допустил к судебным слушаниям свидетелей со стороны обвиняемых. Сообщений о запросах гуманитарных организаций о посещении Левоневского или Васильева в течение года не поступало.

30 декабря суд города Минска приговорил оппозиционного политика Михаила Маринича к 5 годам тюремного заключения по обвинениям в хищении имущества, принадлежащего возглавляемой им неправительственной организации, хотя организация и не заявляла о пропаже собственности. Маринич, бывший министр и кандидат в президенты, воспринимался в качестве возможного конкурента президента Лукашенко на выборах, запланированных на 2006 год.  Во время судебных слушаний прокурор задавал множество вопросов о политической деятельности Маринича, что не имело никакого отношения к предъявляемым обвинениям, тем самым подтверждая, что процесс был политически мотивированным.  Суд постановил конфисковать 90.000 долларов, изъятых у Маринича во время его ареста; эти деньги также не были связаны с предъявленными обвинениями. С апреля Маринич находился в следственном изоляторе КГБ (см. раздел 1d).

f. Произвольного вмешательства в частную, семейную жизнь, нарушения прав неприкосновенности жилища и тайны переписки

Конституция запрещает такие действия, однако на практике эти права не соблюдались.  Запрещается осуществлять прослушивание телефонных разговоров о других видов сообщений, передаваемых по линиям связи, без санкции судебных органов; на практике же власти продолжали контролировать жилища, телефоны и компьютеры.  Органы КГБ, МВД и некоторые подразделения пограничных войск используют подслушивающие устройства, хотя обязаны сначала получить санкцию прокурора; сотрудники КГБ без ордеров проникали в частные жилища, проводили несанкционированные обыски и просматривали корреспонденцию.  Достоверные сведения указывают на то, что сотрудники государственных органов тайно проникали в квартиры активистов оппозиции и офисы оппозиционных групп.

В условиях, когда прокуратура не способна принимать независимые решения, теряют смысл предусмотренные законодательством правовые механизмы защиты от несанкционированного прослушивания. Закон предусматривает наказания для тех, кто препятствует выполнению сотрудниками КГБ своих обязанностей. Любая попытка воспрепятствовать входу сотрудников КГБ в помещения компаний, учреждений либо организаций, а также отказ этих юридических лиц от содействия в проведении аудиторских проверок или отказ предоставить или каким-либо образом ограничить доступ к информационным системам и базам данных компаний являются административно наказуемыми правонарушениями. Заключаемые Министерством связи договоры на предоставление телефонных услуг запрещают абонентам использовать телефонную связь для целей, противоречащих интересам государства и нарущающих общественный порядок. Министерство имеет право прекратить предоставление телефонных услуг тем, кто нарушает эти условия; однако в течение года не имелось сведений о том, что Министерство воспользовалось этим правом.

В большинстве случаев запрещено проводить обыски ночью, хотя этот запрет зачастую игнорировался.  17 апреля в Гродно представители региональной прокуратуры подтвердили, что двое людей, проникших в офис независимой газеты «День» вечером 18 марта, являлись сотрудниками КГБ, хотя отказались обосновать их действия, ссылаясь на закон о государственной тайне. Вечером 22 декабря сотрудники КГБ вторглись в офис гражданской инициативы Партнерство, конфисковали компьютеры организации и сломали факсимильный аппарат.

Почти все оппозиционные политические деятели заявляли о слежке властями за их деятельностью и разговорами. Во время суда над Михаилом Мариничем прокурор представил в качестве доказательств несколько расшифровок телефонных разговоров Маринича, записанных белорусским КГБ (см. раздел 1e). Представители некоторых неправительственных организаций также заявляли, что их разговоры и корреспонденция обычно отслеживались службами безопасности. Генеральный прокурор отказался расследовать обвинения в незаконном прослушивании, выдвинутые представителями оппозиции.

Бюджет президентской охраны был неподконтролен надзору со стороны судебной или законодательной власти, а попытки осуществить такой надзор были сорваны исполнительной властью. Некоторые государственные чиновники сами подверглись слежке.

Преследования в форме проверок со стороны представителей служб безопасности и конфискации политической литературы, часто в несанкционированной форме, были широко распространены. Мишенью служб безопасности были оппозиционные кандидаты и их сторонники. 1 октября милиция захватила большое количество предвыборных листовок у зарегистрированных кандидатов в парламент Валентины Полевиковой и Александра Добровольского из Объединенной гражданской партии (ОГП) после несанкционированного обыска в предвыборном штабе. Милиция иногда задерживала членов семей политических лидеров. Милиция задерживала Дмитрия, старшего сына Валерия Левоневского, несколько раз после ареста Левоневского 1 мая. 29 апреля, перед запланированной на 1 мая акцией протеста, которую Валерий Левоневский помогал организовывать, его сыновья Дмитрий и Владимир и дочь Екатерина были задержаны за раздачу листовок.

Раздел 2. Соблюдение следующих гражданских свобод:

а.Свобода слова и прессы

Конституция предусматривает свободу слова и прессы. Однако, на практике правительство не соблюдало эти свободы и  предприняло серьезные шаги к удушению независимых средств массовой информации. Министерство информации приостановило выход 25 независимых газет и препятствовало печати и рспространению других газет. Власти облагали огромными штрафами журналистов и редакторов за критику президента и его сторонников. Правительство продолжало использовать свою монополию на телевещание, чтобы представлять предвзятое изложение новостей и минимизировать присутствие противоположных точек зрения, в особенности в период перед октябрьскими выборами в парламент и конституционным референдумом.

Закон, который запрещает ряд широко истолковываемых видов деятельности, фактически ограничивает свободу выражения. Закон предусматривает наказание за публичное оскорбление или клевету на президента в виде лишения свободы на срок до 4 лет, «химией» (вольным поселением) на срок до двух лет или большим штрафом. Власти продолжали применять такие законы, которые также предусматривают наказание за оскорбление других правительственных чиновников, с целью удушения свободы прессы, лишения свободы политических оппонентов (см. раздел 1е) и, во время предвыборной кампании, лишения регистрации одних оппозиционных кандидатов и запугивания других (см. раздел 3). По мнению президента Белорусской ассоциации журналистов (БАЖ) Жанны Литвиной, законы, предусматривающие наказание за клевету на государственных чиновников, фактически привели к запрету на критику правительства в прессе. Закон также ограничивает свободу выражения, запрещая ношение масок и использование незарегистрированных флагов, символов и плакатов с содержанием, которое может быть расценено как угроза общественному порядку. В ноябре судья в Гродненской области наказал штрафом Вадима Саранчукова из Белорусского народного фронта за демонстрацию запрещенного националистического бело-красно-белого флага.

Органы власти наказывали штрафами, предупреждениями и тюремным заключением представителей средств массовой информации, оппозиции и религиозных групп, которые публично критиковали правительство. Закон о клевете не делает различий между частными лицами и государственными чиновниками в исках об оскорблении чести и достоинства. Государственный чиновник, подвергнутый критике СМИ за плохое исполнение должностных обязанностей, может запросить прокурора подать в суд и на журналиста, и на средство массовой информации, напечатавшее критический материал.

9 июня районный суд Минска приговорил Оксану Новикову, известную своими антилукашенковскими протестами, к 2,5 годам домашнего ареста за клевету на президента. Прокуроры обвинили Новикову в раздаче на минском вокзале листовок, содержащих клеветническую информацию и обвиняющих президента в серьезных преступлениях. Эти листовки, напечатанные и размноженные самой Новиковой, содержали портрет Лукашенко и, в частности, обвиняли его в причастности к исчезновениям различных граждан, к отключению подачи газа в феврале, контрабанде, нанесении ущерба государству путем освобождения своих компаний от уплаты таможенных пошлин и незаконном удержании власти.

Газеты и другие печатные средства массовой информации с наибольшим тиражом принадлежали государству и печатали материалы только в поддержку правительства. Также имелись независимые газеты, включая одну ежедневную, и журналы, многие из которых критиковали правительство в ограниченной степени. Однако, их тиражи были небольшими и некоторые из этих изданий подвергались самоцензуре.

Только государственное радио и государственные телевизионные сети ОНТ и Белорусское телевидение осуществляют вещание на всей территории страны. Российские каналы РТР и НТВ были в основном доступны по всей стране, хотя во многих регионах только через платные кабельные сети. Однако, их программы новостей иногда снимались с  эфира. Теле- и радиопрограммы, транслируемые из других стран, включая Польшу и Литву, могут приниматься в некоторых частях страны. Однако, местные власти Бреста убрали три польских канала из сеток вещания провайдеров кабельных услуг. Освещение событий как на ОНТ, так и на БТ, было сильно предвзятым в пользу правительства и критичным в отношении оппозиционных политиков и организаций, причем оба канала не представляли противоположных точек зрения. Эта необъективность в освещении стала более выраженной перед парламентскими выборами и референдумом 17 октября. БАЖ сообщал, что государственные каналы представляли только положительные отзывы о президенте и правительстве. Государственные средства массовой информации, включая телевидение, радио и печатные СМИ, продолжали маргинализировать политическую оппозицию, представляя ее в отрицательном виде или вообще игнорируя. Третий государственный телевизионный канал ЛАД, основанный в октябре 2003 года, заменил собой популярную российскую телевизионную сеть «Культура» и некоторые другие российские государственные телевизионные каналы. Местные независимые телевизионые станции работали в некоторых регионах и освещали местные новости без каких-либо препятствий со стороны властей. Однако, большинство этих станций заявляло о том, что они находились под принуждением не освещать новости национального уровня или подвергались цензуре.

Все зарубежные корреспонденты обязаны зарегистрироваться при Министерстве иностранных дел. 21 июня КГБ выслал из страны Михаила Подоляка, родившегося в Украине заместителя главного редактора независимой газеты «Время», обвинив его в попытке нанесения ущерба национальным интересам, предвзятом освещении событий, клевете и подстрекательстве к антиправительственным действиям.

20 октября была убита Вероника Черкасова, журналистка независимой газеты «Солидарность». В то время, как следствие сосредоточилось на версии бытового насилия, некоторые представители независимых средств массовой информации рассматривают гибель журналистки в связи с ее работой, частью которой были и критические статьи о КГБ.

В течение года правительство предприняло многочисленные действия с целью удушения независимых средств массовой информации. Эти действия включали: продолжающееся применение законов о клевете, ограничения на зарубежное финансирование, давление на предпринимателей с целью заставить их не размещать рекламу в независимых средствах массовой информации, а на распространителей – эти СМИ не распространять, ограничения на доступ к печатным услугам и типографиям, цензуру, ограничения на импорт материалов, связанных со средствами массовой информации, временное приостановление выхода независимых и оппозиционных периодических изданий. Власти налагали огромные штрафы на журналистов за критику президента и его сторонников. Некоторые независимые газеты, включая Белорусскую деловую газету (БДГ), «День» и «Солидарность» начали печатать свои материалы в России, поскольку отечественные типографии (в основном государственные) отказались их печатать. Имеется достоверная информация о том, что с августа несколько больших минских сетей супермаркетов прекратили продажу независимых «Белорусской газеты», «Белорусского рынка», «Белорусской деловой газеты» и «Народной воли» после того, как Владимир Мирголовский, чиновник, отвечающий за рынки, предложил магазинам не продавать эти газеты, так как они будоражат граждан во время парламентских выборов. Эти газеты еще можно было купить у независимых продавцов, но их тираж был серьезно ограничен этими мерами.

В течение года правительство приостановило выход 25 газет, из них 11 в течение месяца, предшествовавшего парламентским выборам. 11 февраля министр информации Владимир Русакевич приостановил выход региональной газеты «Вечерний Столин» на 3 месяца. Русакевич утверждал, что выход газеты был приостановлен за освещение политических событий, немотря на то, что газета была зарегистрирована как развлекательная. Согласно достоверной информации, закрытие было мотивировано независимым освещением газетой политических событий. В августе милиция конфисковала 1070 экземпляров отпечатанной в России газеты «Время» у оппозиционного активиста, когда он ввозил газету в страну. 3 сентября министр информации приостановил выход «Времени». 19 октября зарубежным журналистам помешали переслать отснятый материал об акциях протеста, прошедших после выборов.

Независимые средства массовой информации подвергались многочисленным проверкам со стороны Министерства информации, налоговой инспекции и других правительственных органов. 17 апреля Гродненская областная прокуратура подтвердила, что двое человек, которые взломали помещения независимой газеты «День» вечером 18 марта, были офицерами КГБ, но отказалась предоставить объяснение их действиям, ссылаясь на закон о государственной тайне (см. раздел 1f).

Правительство налагало штрафы на газеты, журналистов и редакторов как еще один способ удушения независимой прессы. В случае с «Народной волей», единственной ежедневной независимой газетой в стране, суды за клевету налагали большие штрафы на газету, журналиста и интервьюированного человека за статью, которая содержала критику государственного чиновника. В другом случае, «Народная воля» была оштрафована за клевету на проправительственного предпринимателя. В августе суды наложили арест на основную часть имущества «Народной воли» до тех пор, пока через короткое время два этих крупных штрафа за клевету не были выплачены. В ноябре заместитель главного редактора газеты бежал из страны в поисках политического убежища за границей. По оценкам БАЖ, независимые газеты, в особенности в провинции, подвергались самоцензуре по причине применения правительством законов о клевете для наложения штрафов на журналистов и редакторов. 26 мая редактору независимой Местной газеты позвонили из государственного издательства «Светоч» с тем, чтобы потребовать изъятия из печати статьи о коррупции в местной налоговой инспекции. Когда редактор отказался, издательство остановило печать газеты. Издательство также отказывалось от продления или заключения контрактов с несколькими другими независимыми газетами.

17 апреля власти прервали трансляцию российского канала «Россия» якобы для технического обслуживания во время программы новостей, в которой было запланировано освещение последних белорусских политических новостей. Передача содержала интервью с представителями оппозиции.

Произвольное использование президентской власти, часто осуществляемое через президентские декреты, создало дополнительные препятствия для независимой прессы. Президентский декрет, принятый в ноябре 2003 года «Об улучшении системы получения и использования гуманитарной помощи» был, по оценкам, направлен на предотвращение подстрекательской деятельности, поддерживаемой из-за рубежа. В частности, декрет запрещает широкий спектр поддерживаемой из-за рубежа деятельности. Он также стал основой для жёсткого преследования независимых средств массовой информации и независимых неправительственных организаций по всей стране, многие из которых поддерживались международным сообществом (см. раздел 3).

Правительство путем угроз эффективно препятствовало компаниям, влядеющим типографским оборудованием печатать разрешенные законом листовки оппозиционных кандидатов.

Закон устанавливает, что власти могут закрыть издание после двух предупреждений о нарушениях различных ограничительных законов. Власти продолжали оказывать давление на независимые газеты при помощи таких предупреждений. В течение года правительство вынесло 160 предупреждений 81 независимой газете. Существующие правила также предоставляют властям право запрещать и подвергать цензуре критическое освещение событий. К примеру, Государственный комитет по печати получил право приостанавливать выход периодических изданий или газет на 3 месяца без решения суда. Закон также запрещает средствам массовой информации распространять информацию от имени незарегистрированных политических партий, профсоюзов и неправительственных организаций. Во время предвыборной парламентской кампании Министерство информации инициировало приостановку выхода или закрытие 11 независимых газет, ссылаясь на нарушения при публикациях и распространении. В одном из случаев издание обвинили в незаконной публикации двух газет после того, как Министерство решило, что приложение с телепрограммой рассматривается как отдельное издание.

Правительство жёстко контролировало содержание телепрограмм. В течение года Министерство информации проинформировало радиостанции, что от них больше не требовалось предоставлять Министерству копии переданных в эфир выпусков новостей. Однако, отмена требования заметно не повлияла на содержание новостей. Из надежных источников стало известно, что в течение года КГБ получил задание подвергать цензуре выпуски новостей национального телевидения. Правительство запретило проведение концертов, проигрывание на радио и распространение на компакт-дисках или кассетах записей шести популярных музыкальных групп, после их выступления 21 июля на оппозиционном концерте.

Министерство культуры отказало в разрешении на распространение фильма-реквиема об умершем писателе Василе Быкове, утверждая, что фильм не рассказывал о Быкове, как о писателе, и выказывая опасения, что фильм может отрицательным образом повлиять на моральные и этические устои жизни в стране. Документальный фильм содержал интервью с друзьями автора, которые считали Быкова великим писателем. Министерство культуры также наложило запрет на два фильма о Второй мировой войне, утверждая, что один из них представлял попытку очеловечить Гитлера, а второй исказил суть партизанского движения во время Второй мировой войны и оказывает отрицательное влияние на следующее поколение. В двух различных случаях клубы отменяли концерты инициированные студентами закрытого Белорусского лицея или в их поддержку. По сведениям из надежных источников, эти клубы были вынуждены отменить концерты из-за связей директора лицея с оппозицией.

Правительственная телекоммуникационная компания Белтелеком сохраняет государственную монополию на услуги интернета, что привело к высоким ценам, низкому качеству и ограниченному набору услуг, а также позволило правительству отслеживать практически всю электронную почту. В отличие от предыдущих лет не было подтвержденных случаев, когда бы власти выборочно перекрывали доступ в Интернет, хотя ведущие правозащитные вебсайты периодически находились вне доступа.

Власти продолжали ограничивать академическую свободу, в частности требуя от всех учебных заведений преподавания, а от студентов изучения официальной государственной идеологии, концепции, которая сочетает преклонение перед достижениями Советского Союза и Беларуси под руководством Лукашенко с отстаиванием авторитарной политической и общественной структуры в советском стиле. В апреле Министерство образования объявило, что все высшие учебные заведения, независимо от того, являются ли они частными или государственными университетами, должны соблюдать государственные стандарты. 26 июля правительство сослалось на несоответствие «государственным стандартам образования», когда оно закрыло Европейский гуманитарный университет (ЕГУ), первый независимый университет страны, лишив его помещений. 23 сенября президент Лукашенко заявил, что власти закрыли ЕГУ и Белорусский национальный гуманитарный лицей, закрытый в 2003 года, поскольку учебные заведения старались воспитать новую национальную элиту, которая повернула бы страну в сторону Запада. В апреле власти закрыли два независимых исследовательских центра и в течение всего года оказывали давление на другие такие центры.

Власти продолжали преследовать студентов, вовлеченных в антиправительственную деятельность, такую как демонстрации (см. раздел 2b). По сведениям, на студентов оказывалось давление, чтобы заставить их вступить в поддерживаемый правительством Белорусский республиканский союз молодежи (БРСМ) для получения льгот и комнат в общежитии. Как утверждали надежные источники, местные власти оказывали давление на членов БРСМ с целью добиться их участия в кампаниях в пользу правительственных кандидатов. Некоторые члены оппозиционно настроенных молодежных групп были исключены из высших учебных заведений за свою политическую деятельность.

b.Свобода мирных собраний и ассоциаций

Конституция гарантирует свободу мирных собраний. Однако, на практике власти сурово ограничили это право. Милиция и сотрудники других служб безопасности избивали, задерживали и пытались принудить к признанию вины некоторых демонстрантов, участвовавших в несанкционированных, но мирных демонстрациях.

В соответствии с законом организаторы должны подавать заявку на разрешение на проведение демонстрации, шествия или митинга как минимум за 15 дней. Местный орган власти должен в ответ вынести свое решение не позже чем за 5 дней до намеченного события. Единичное нарушение этих правил дает властям право закрыть соответствующую организацию. Однако, разрешения на демонстрации либо не предоставлялись, либо предоставлялись только на демонстрации в малоизвестных труднодоступных местах.
Организаторы демонстраций обязаны платить за присутствие милиции и медицинского персонала, хотя это требование пока не было введено на практике. Только политические партии, профсоюзы или зарегистрированные организации могут просить разрешение на проведение демонстраций с количеством участников более тысячи человек. Закон также запрещает ношение масок и использование незарегистрированных флагов и символов, а также плакатов с высказываниями, которые могут угрожать государственному или общественному порядку (см. раздел 2а).
По словам членов оппозиционных партий, власти часто отказывали оппозиционным группам в разрешении проводить собрания в общественных местах и на площадях в центре Минска. Тем не менее, акции протеста в Минске проводились, а число участников варьировалось от нескольких человек до двух тысяч. При этом такие акции всегда проходили под жестким надзором со стороны властей, включая открытую запись на видеопленку участников митинга милицией или сотрудниками спецслужб в штатском. В других частях страны демонстрации также имели место, хотя не так часто.
2 октября милиция прервала проведение собрания группы, обсуждающей регистрацию нового НГО, засняв участников собрания на видеопленку, и арестовала руководителя группы, бывшего депутата, известного лидера независимых профсоюзов Сергея Антончика. Сергей Антончик был приговорен к 15 суткам административного ареста за проведение несанкционированного собрания, несмотря на тот факт, что собрание проводилось в офисе самого Антончика. Оппозиционной коалиции “Пятерка плюс” несколько раз было отказано в просьбе о проведении конференции в Минске: IBB центром и конференц-залом гостиницы “Минск”, нарушившим договор от 15 декабря о проведении конференции на следующий день. Согласно надежным источникам информации, в случае с IBB официальные лица, являясь совладельцами здания, приказали IBB отказать “Пятерке плюс” в аренде своего помещения.
Поступали сведения об избиении демонстрантов милицией во время акций протеста. Также стали известны факты, что во время задержания митингующих работники милиции силой втягивали их в свои автобусы. В июле особым подразделением милиции (ОМОН) были задержаны, арестованы и избиты около 50 человек, и участников несанкционированной акции протеста, приуроченной к 10-ой годовщине избрания А. Лукашенко президентом страны. Суд приговорил 15 участников акции к коротким срокам лишения свободы, 9 человек были оштрафованы. После того, как ОМОН избил 17-летнего Михаила Авдеева дубинками, потерпевший был госпитализирован с множественными переломами ребер и разрывом селезенки (см. раздел 1с). Некоторые из участников акции из других городов, следовавшие в Минск на микроавтобусе, были несколько раз остановлены властями и в конечном итоге насильно отправлены домой поездом. 7 сентября люди в штатском схватили Дмитрия Дашкевича, лидера молодежной оппозиционной группы, и бросили его в автобус без опознававтельных знаков после того, как Дмитрий вместе с другими участниками акции скандировал “Ганьба!” в адрес президента Лукашенко, провозгласившего референдум, разрешающий продление президентских полномочий. Минский городской суд приговорил Дашкевича к 10 дням лишения свободы.
26 апреля несколько членов оппозиции были задержаны милицией за участие в акции, посвященной 18-ой годовщине чернобыльской трагедии.  Минский городской суд оштрафовал одну из активисток, Людмилу Грязнову, приблизительно на $2000 (4 миллиона бел. рублей), также г-же Грязновой было отказано в продлении выездного штампа в паспорте в случае неуплаты штрафа ( штраф был уплачен в июне).
Конституция гарантирует свободу ассоциаций; несмотря на это, власти жестко ущемляли это право на практике. Продолжала применяться запутанная система законов и правил по вопросам регистрации организаций  с целью всячески ограничить возможности граждан формировать ассоциации, которые могли бы стать неподконтрольными властям. Все НГО, политические партии и профессиональные союзы обязаны получить официальную регистрацию, действовать же от лица незарегистрированной организации категорически запрещается. Процесс регистрации общественных организаций по-прежнему остается крайне сложным: процедуры регистрации дорогостоящие, обременительные и требуют указания точного количества участников, их полных имен, адресов, а также наличия юридического адреса организации обязательно в административном здании. Те, кто вступают в организацию, сразу же обрекают себя на преследования властей. Представляется более важным то, что отказ властей сдавать в аренду помещения неблагонадежным организациям и высокая цена аренды в частном секторе просто вынудили большинство организаций нарушать требования о размещении юридического адреса в административном здании. В свою очередь это привело к лишению регистрации и отказам в регистрации. В течение года министерство юстиции (МЮ) лишило регистрации и отказало в регистрации одной оппозиционной и 37 неправительственным организациям, в том числе многим из них из-за невозможности выполнить требование по оформлению юридического адреса. МЮ также отказало в регистрации одной из политических партий  и большому количеству НГО. 2 августа Верховным Судом была закрыта Партия труда, член коалиции лидирующих демократических партий. Одной из причин закрытия явилась все та же невозможность оформить юридический адрес.
Комиссия, состоящая из представителей власти, обязана рассматривать и принимать решения по поводу всех заявлений о регистрации. Комиссия продолжала обосновывать многие из своих решений на политическим и идеологическим соответствием той или иной организации официальному курсу правительства.
В то время, как МЮ заявляло о продолжении регистрации НГО, достоверные источники сообщили о том, что большинство организаций, получивших регистрацию, были связаны со спортом и предпринимательской деятельностью, но ни одна из них – с гражданским обществом.
24 февраля МЮ закрыло НГО «Маладая Грамада», ссылаясь на нарушение требований по юридическому адресу.
По данным Ассамблеи демократических негосударственных организаций, на 1 января были зарегистрированы 2214 НГО. Все они, за исключением двух общенациональных правозащитных, были либо лишены регистрации, либо им было отказано в дальнейшей перерегистрации.
Власти регулярно притесняли членов и активистов оппозиционных партий и конфисковывали их листовки и публикации (см. раздел 3). МЮ признало тот факт, что ни одна партия не была зарегистрирована с 1999 года.
c.Свобода вероисповедания.

Конституция гарантирует свободу верописповедания, однако на практике власти ограничивали это право. Несмотря на то, что Конституция подтверждает равенство религий и конфессий перед законом, она также содержит ограничения, которые предусматривают положение о том, что «Взаимоотношения государства и религиозных организаций регулируются законом с учетом их влияния на формирование духовных, культурных и государственных традиций белорусского народа”. Правительство также подписало Конкордат и другие соглашения с Белорусской православной церковью (БПЦ), являющейся Экзархатом Русской  Православной церкви в Москве, которые дают БПЦ определенные привилегии, не предоставляемые другим религиозным организациям.

Комитет по делам религий и национальностей Совета Министров (КДРН) курировал все вопросы, связанные с религиями в стране. Закон о религии содержит множество ограничений, которые использовались для предотвращения действий религиозных групп, не связанных с БПЦ.

В марте центр Национальной интеллектуальной собственности предоставил БПЦ эксклюзивное право использовать слово «православная» в своём названии, а также использовать изображение креста Святой Евфросинии в качестве символа. Это решение могло привести к ограничению свободы православных конфессий, не находящихся под юрисдикцией Москвы, таких как общины Белорусской автокефальной православной церкви (БАПЦ) и Истинно-православной церкви.

Закон ограничивает способность религиозных организаций осуществлять религиозное обучение, требует от всех религиозных групп разрешение государства на распространение литературы, а также запрещает иностранцам руководить религиозными организациями. Религиозные группы, которые не смогли получить регистрацию, были вынуждены собираться нелегально или на квартирах своих членов. По информации  КДРН, 27 религиозных организаций были зарегистрированы по состоянию на январь; тем не менее, власти отказались официально регистрировать на национальном уровне конфессии, являющиеся нетрадиционными.

От всех религиозных организаций требовалось  перерегистрироваться до ноября в соответствии с Законом о религии 2002 года. Этот закон предусматривает особые требования относительно количества членов каждой религиозной группы, а также времени её действия. По информации КДРН, 2678 из 2783 религиозных групп, которые зарегистрировались ранее, сумели перерегистрироваться до установленного срока 17 ноября. Из оставшихся 105, многие распались из-за отстутствия членов; другие, как например, община Харе Кришна, подали апелляцию против отказа в регистрации. КДРН продолжал задерживать регистрацию Церкви Сайентологии, БАПЦ также оставался незарегистрированным; регистрация его церквей требовала одобрения руководства БПЦ.

Несмотря на то, что греко-католичесткая церковь была официально зарегистрирована, у нее возникли проблемы с властями из-за исторических разногласий с БПЦ, пользующейся благосклонностью властей, и из-за использования греко-католической церковью белорусского языка. В то время как этой церкви стало легче снимать помещения для молитв, чем в предыдущие годы, она все еще не могла зарегистрировать монастырь, так как у нее не было центрального объединения, и у монастыря не было требуемых десяти участников. Отсутствие центрального объединения также не позволяет церкви приглашать граждан других стран для участия в религиозных обрядах.

Власти усилили гонения на некоторые религиозные группы не только на основании Закона о религиях, но и на основании директив, обеспечивающих дополнительные правила и требования для религиозных групп, не указанных в законе.

На областном уровне власти обязаны на основании инструкции КДРН от 2002 года опрашивать местное население перед строительством или реконструкцией религиозных помещений. Согласно информации КДРН, власти имеют право отказать в разрешении на эту работу в случае, если местное население выступает против этого. Однако сведений о случаях отказа за 2004 год не поступало.

Члены индуистской общины «Свет Кайласы» попросили убежища за рубежом, ссылаясь на преследования со стороны белорусских властей. Сведений о том, что группа оставалась активной на территории Беларуси, не поступало.

Закон позволяет людям собираться для молитв в частных квартирах, но он налагает ограничения на определенные ритуалы, обряды и церемонии, проводимые там, требуя соответствующего разрешения от местных властей. На протяжении года было зарегистрировано несколько случаев вмешательства правоохранительных органов во время молитвенных собраний.

Ограничения по владению и доступу к религиозной собственности продолжали осложнять деятельность многих религиозных организаций. Возможность возврата религиозной собственности была ограничена. Правовой основы для возврата религиозной собственности, захваченной во время оккупации советским и нацистским режимами, не существовало. Закон также ограничивает возвращение собственности, используемой для культурных или образовательных целей.

По данным правительства, закон разрешает использование площади для богослужений только после того, как эта площадь перестаёт быть жилой. Это правило требует от всех религиозных организаций перерегистрировать свою собственность в качестве религиозной. Официальная статистика за 2002 год свидетельствует от том, что 110 религиозных общин, включая 34 протестантских конфессий, зарегистрировали свою  собственность в соответствии с этим постановлением; тем не менее власти продолжали отказывать в  регистрации собственности многим протестантским церквям, так же как и нетрадиционным общинам. В конце года правительство отказало в регистрации собственности общине Харе Кришна. Эту собственность последователи религии собирались использовать для богослужений.

Согласно некоторым сведениям, 20 июня власти Минской области и КДРН предупредили местного священника БАПЦ о том, что он не имеет права перестраивать бывшую церковь БАПЦ в городе Сёмков Городок. По сведениям Христианской церкви Полного Евангелия, власти продолжали отказывать в разрешении строить здания для религиозных целей в Минске. В октябре районные власти запретили четырём евангельским группам снимать в аренду помещения для религиозных мероприятий, ссылаясь на нарушение условий безопасности согласно Закону о религиях и общественных собраниях. Как отметил священник Церкви Христа Борис Черноглаз, чиновники сперва попытались надавить на арендодателей с тем, чтобы те отменили договор об аренде. Когда это не получилось, они сослались на правовые нарушения с тем, чтобы предотвратить аренду этих помещений религиозными группами.

Власти также отменили или полностью отказались продлевать соглашения с религиозными группами об использовании их собственных зданий для религиозных целей, ссылаясь на правительственный декрет, требующий принятия мер для обеспечения общественного порядка и безопасности во время общественных собраний.

В отличие от предыдущих лет, не было замечено публикаций в государственных СМИ, направленных против протестантской церкви, однако государственная пресса продолжала публиковать критические статьи о представителях нетрадиционных вероисповеданий. Например, 16 апреля была опубликована статья, описывающая деятельность деструктивных сект и утверждающая, что в стране всего насчитывается 370 таких сект. Согласно статье, Церковь Унификации, Церковь Христа, а также Церковь Сайентологии являются самыми опасными из них.

Как отмечают священники Союза Евангельских христианских церквей Беларуси, власти старались запрещать детям посещать протестантские церкви и воскресные школы. Они утверждают, что власти неоднократно опрашивали студентов об их посещениях воскресных школ, церквей, к которым они принадлежали, а также об именах пасторов и учителей школ. Отмечается, что преподаватели опросили священников трёх церквей о школьных программах и квалификации учителей воскресных школ. До конца года ничего не было известно о результатах такого давления.

По закону граждане могут свободно говорить о своих религиозных верованиях. Тем не менее, власти продолжали вмешиваться и преследовать тех, кто  обращал других людей в свою веру. Например, 17 апреля Мозырский суд оштрафовал трёх членов незарегистрированного Международного союза баптистских церквей, каждого на сумму 176 долларов США (380 тысяч белоруских рублей) за то, что они раздавали Библии в одной из местных больниц во время пасхи. Власти также оштрафовали и задержали членов незарегистрированных религиозных групп, которые занимались нелегальной религиозной деятельностью. Правоохранительные органы регулярно задерживали, штрафовали и арестовывали многочисленных членов общины Харе Кришна за распространение религиозной литературы. Баптисты, Представители церкви Святой Троицы и другие протестанты были оштрафованы за нелегальное проведение религиозных служб. Согласно КДРН, приговоры в отношении этих людей были основаны на обвинениях в нарушении общественного порядка и собраниях без предварительного на это разрешения.
 
Зарубежным миссионерам было запрещено осуществлять религиозные действия вне тех организаций, которые их приглашали. Закон предусматривает годовые многократные визы для занятия религиозной деятельностью для зарубежных миссионеров. По сведениям КДРН, в 2003 году религиозные организации пригласили 956 зарубежных религиозных представителей, включая 254 человека, приехавших специально для участия в религиозных мероприятиях. Несмотря на эти цифры, даже те группы, которые существовали в стране на протяжении долгого периода времени, испытывали сложности в получении виз. Начиная с апреля 2003 власти г. Гродно неоднократно отказывали в регистрации раввину-иностранцу только потому, что он не говорил ни по-руски, ни по-белорусски. Члены общины Харе Кришна и протестантские общины жаловались, что они не могли приглашать представителей международного духовенства для участия в религиозных мероприятиях. В отличие от предыдущих лет, не было зарегистрировано фактов препятствия римско-католической церкви в принятии на работу священников из-за рубежа.

Официальные лица продолжали осуществлять серию действий, свидетельствующих об отсутствии понимания со стороны властей проблем еврейской общины. Власти Гродно продолжали работу на стадионе, расположенном на месте бывшего еврейского кладбища. После настойчивых протестов как на местном, так и на международном уровне, гродненские власти достигли соглашения с местной еврейской общиной о перезахоронении останков и перемещении кладбища. Несмотря на некоторые недоработки, строительство стадиона было закончено, и местная община была удовлетворена сотрудничеством с властями и перезахоронением останков.

18 августа Министерство иностранных дел оповестило местное отделение Союза еврейских советов бывшего Советского Союза, одной из основных правозащитных еврейских организаций в стране, о том, что их не перерегистрируют из-за того, что некоторые документы этой организации были предоставлены с опозданием.

Также были отмечены отдельные случаи антисемитского вандализма в течение года. 5 ноября вандалы осквернили (в пятый раз) мемориал жертвам Холокоста в Бресте. Несмотря на то, что власти содействовали расследованию этих инцидентов и восстановлению мемориала, никто до настоящего времени не был задержан или арестован по факту этого преступления.

Распространение антисемитской газеты «Русский Вестник» возобновилось в феврале через государственное агентство «Союзпечать», несмотря на приказ Генерального прокурора в мае 2003 года о прекращении выпуска газеты.  Продажа издания продолжалась весь год в правительственных зданиях, в магазинах, а также на собраниях, организованных БПЦ. Антисемитская и ультра-националистская литература по-прежнему продавалась в «Православной книге» -- сети магазинов по продаже религиозной литературы, работающей под патронажем БПЦ. Антисемитская литература также продавалась через киоски, торгующие религиозной литературой, в том числе и расположенные в Академии наук Беларуси. КДРН ссылался на то, что предотвратить распространение произведенной в России антисемитской литературы через киоски чрезвычайно трудно. 

В январе организация «Русское Национальное Единство» (РНЕ) распространило антисемитские листовки в Гомеле, которые гласили: «Евреи хотят разрушить христианство», «Сейчас начинаются враждебные действия против евреев», «Евреи – силы зла»,  «Борцы против Бога должны быть уничтожены». В дополнение к этому, РНЕ расклеило листовки на здании еврейской общины в Гомеле. До конца этого года не было арестовано ни одного причастного к этой акции.

Для более детальной информации, см. Международный доклад о свободе религии за 2004 год.

 

d.Свобода передвижения внутри страны, выезд за границу, эмиграция и репатриация

Конституция обеспечивает свободу передвижения, однако на практике право гражданина выбирать место проживания иногда ограничивалось. Внутренний паспорт служил основным документом для удостоверения личности и требовался для поездок внутри страны, прописки и регистрации в гостиницах.

В 1999 году Конституционный суд объявил неконституционной статью Административного кодекса, запрещающую предприятиям, институтам и организациям брать на работу людей без прописки или зарегистрированного адреса. Согласно этой статье, работодателю грозил штраф за найм на работу людей с отстутствием в их паспортах штампа о том, что их новое место работы находилось в том же районе, что и место жительства. Есть сведения о том, что правоохранительные органы продолжали преследовать людей, проживающих не по адресу, обозначенному в их паспорте.

Конституция гарантирует право передвижения из страны и в страну, однако иногда это право ограничивалось. Официальные правила въезда и выезда гласят, что прежде, чем выехать за пределы страны, граждане обязаны получить штамп на право выезда, действительный в течение от одного до пяти лет. Как только получен штамп, поездки за рубеж не ограничиваются дальнейшими официальными формальностями. Однако, власти оставляют за собой право отменить ранее выданный штамп. Так власти наложили запрет на выезд за границу оппозиционным лидерам Антонине Ковалевой и Людмиле Грязновой. Грязнова не заплатила штраф в размере 4 милли�